|
.:: Прямые ссылки ::.
|
|
МЕСТО ВАШЕЙ
РЕКЛАМЫ!!!
|
|
|
|
В. Жуковский
|
| |
|
скачать |
| Отец Жуковского - Афанасий
Иванович Бунин, помещик Тульской губернии, владелец с.
Мишенского, мать - Сальха, турчанка по происхождению,
взятая в плен русскими при штурме Бендер в 1770. Согласно
семейным преданиям, была привезена в Мишенское и подарена
Бунину одним из его крепостных, участником русско-турецкой
войны. По другим (новейшим) данным, Сальха была взята в
плен майором К. Муфелем, отдавшим ее на воспитание Бунину.
Получив при крещении имя Елизаветы Турчаниновой, почти
безвыездно жила в Мишенском вначале в качестве няньки при
младших детях Буниных, а затем - домоправительницы
(экономки) . Родившийся у нее сын по желанию Бунина
усыновлен А.Г. Жуковским (жившим на хлебах у Буниных). Это
позволило Жуковскому избежать участи незаконнорожденного,
но для получения дворянства потребовалось зачисление
малолетнего Жуковского на фиктивную военную службу (в
Астраханский гусарский полк); в 1789 он произведен в
прапорщики, что давало право на дворянство, и по
ходатайству Бунина в том же году "род Василия Андреевича
Жуковского" внесен в дворянскую родословную книгу Тульской
губернии; дальнейшая "воинская" служба потеряла смысл, и в
ноябре 1789 Жуковский уволен "по прошению своему от
службы". Первоначально образование Жуковский получил в
кругу семьи Буниных, где рос на правах воспитанника. При
переезде семейства на зимнее время в Тулу Жуковский
сначала обучался в частном пансионе Х.Ф. Роде (1790),
после закрытия которого мальчика определили в Главное
народное училище (1792). Исключенный из училища директором
Ф. Г. Покровским "за неспособность", Жуковский продолжал
обучение в тульском доме В. А. Юшковой. Здесь будущий поэт
впервые приобщился к литературному творчеству. Для
постановки на домашней сцене он в 1795 сочинил трагедию "Камилл,
или Освобожденный Рим" и пьесу "Госпожа де ла Тур" по
мотивам романа Бернардена де Сен-Пьера "Павел и Виргиния".
После смерти Бунина (1791) заботы о подрастающем Жуковском
взяла на себя бабушка (М. Г. Бунина), разделившая их с
родной матерью поэта. Однако постепенное осознание
материальной зависимости от Буниных и неустойчивости
своего положения в их семье стало для Жуковского
источником глубоких внутренних переживаний, отразившихся в
ранних дневниковых записях. В 1797 он был определен в
Благородный университетский пансион (Москва). Пребывание в
пансионе (1797- 1800) - важнейший период творческого
формирования будущего поэта. Жуковский стал одним из
активных участников "Собрания воспитанников
университетского Благородного пансиона" и выпускаемого им
альманаха "Утренняя Заря". Первое печатное произведение
Жуковского - лирическое стихотворение "Майское утро". Его
пансионские сочинения - по большей части подражательные
торжественные оды "на случай" или речи, предназначенные
для ежегодных пансионских актов и выступлений в "Собрании
воспитанников..." ("Могущество, слава и благоденствие
России", 1799, "Мир", 1800; речь "О начале общества,
распространении просвещения и об обязанностях каждого
человека относительно к обществу", 1799), либо стихи и
прозаические отрывки на заданные наставниками темы
морально-этического и патриотического характера
["Благоденствие России, устрояемое великим ея самодержцем
Павлом Первым", 1797; "Добродетель" ("Под звездным кровом
тихой нощи"), 1798; "Добродетель" ("От света светов луч
родился"), 1798; "К надежде", 1800, и др.]. Жуковский
воспринимает, однако, и новые литературно-эстетические
веяния, связанные с сентиментализмом и предромантизмом.
Один из лучших учеников, Жуковский закончил пансион с
серебряной медалью в 1800. В начале 1801 вместе с А.
Тургеневым, А. Ф. Воейковым, А. Ф. Мерзляковым, С. Е.
Родзянко и другими организовал Дружеское литературное
общество, просуществовавшее недолго (январь- ноябрь 1801),
но сыгравшее заметную роль в утверждении новых -
романтических - принципов в русской литературе. В
1804-1806 поэт перевел флориановскую переделку романа
Сервантеса "Дон Кихот", что содействовало ознакомлению
отечественного читателя с репертуаром мировой классики. В
1801 году Жуковский поступил на службу "городовым
секретарем" в московскую Главную соляную контору.
Равнодушие Жуковского к "должности", а еще в большей
степени - занятость литературой вызвали "неудовольствие"
начальника, заключившего нерадивого подчиненного под
"арест", что надолго отвратило его от дальнейших попыток
определиться на службу. Сразу после освобождения из-под
"ареста" Жуковский подал в отставку и уехал в Мишенское с
твердым намерением полностью посвятить себя литературной
деятельности. 1802-1807 поэт провел в родных краях, лишь
изредка наезжая в Москву для устройства своих литературных
дел (заработков переводами) и встречи с московскими
литераторами и друзьями. В эти годы интенсивно занимался
самообразованием. Эти годы характеризуются многообразием
жанровых поисков: сохраняя традиционные жанровые формы, в
том числе оду ("К поэзии", 1805), Жуковский "испытывает"
себя в жанрах военно-патриотического гимна ("Песнь барда
над гробом славян-победителей", 1806), басни (переводы из
Флориана, Лафонтена, Лессинга, Пфеффеля, а также
оригинальные басни) и даже "описательной" поэмы (планы
"Весны"). Однако в центре его поисков - элегия. С элегией
"Сельское кладбище", ставшей, по определению самого
Жуковского, началом его самостоятельной литературной
деятельности, к молодому писателю приходит литературная
известность и читательский успех. В элегии утверждается
высокая ценность человека, независимая от его сословной
принадлежности. Размышления о смерти приводят поэта к
утверждению бытия, его высокого смысла и красоты.
Многомерность художественного видения мира, зримая
осязаемость поэтических образов, богатство звуковой
гармонии стиха, изысканность его мелодического рисунка,
многообразие ритмики - эти особенности поэтического
дарования Жуковского, впервые проявившиеся в "Сельском
кладбище", получают развитие в элегии "Вечер" (1806).
"Вечер" обозначил переход поэта к романтизму. Постепенно
элегия получает у Жуковского и более отчетливые признаки
жанра национально русского, а текст насыщается острым
социальным (и даже политическим) содержанием (такова,
например, элегия "На смерть фельдмаршала графа
Каменского", 1809, развивающая идею неотвратимости судьбы,
неизбежности возмездия за содеянное; поводом к ее
написанию послужило убийство М. ф. Каменского, жестокого к
крепостным и обесславившего себя в Прутском походе 1807).
В дальнейшем Жуковский прибегает к элегии в поворотные
моменты творческой эволюции, означая ею важные события
внутренней жизни ["Славянка", 1815; "Цвет завета", 1819;
"Море", 1822; "Я музу юную, бывало", 1822 или 1824].
Важнейшая веха в творческой биографии Жуковского - 1806
год, ознаменованный "лирическим взрывом", созданием около
50 стихотворений разных жанров: ода и героида ("Послание
Элоизы к Абеляру", перевод из А. Попа), надписи к портрету
и ряд своеобразных романтических песен (особый жанр
любовной лирики, весьма популярный у романтиков,
стремившихся вернуть песне ее фольклорный элемент). Именно
этим годом помечена одна из первых песен Жуковского ,
внушенных не столько лит. образцами, сколько живым,
зарождающимся чувством к своей племяннице (ее мать -
сестра поэта по отцу) - Марии Андреевне Протасовой (в
будущем - Мойер; 1793-1823)- "Песня": "Когда я был любим,
в восторгах, в наслажденье". Особый этап литературной
деятельности поэта - участие в "Ветснике Европы", лучшем
русском журнале 1-го десятилетия XIX в. Став редактором
журнала (1808-1809), он способствовал проникновению на его
страницы произведений в "новейшем" (то есть романтическом)
духе. В 1808-1810 Жуковский жил по преимуществу в Москве,
лишь на летнее время уезжая в родные места Орловской и
Тульской губерний. Необычайно продуктивно писал
критические статьи, где подробно обосновывается позиция
журнала: как новое понимание сугубо литературных,
эстетических задач, так и общественное, гражданское и
социально-политическое назначение журнала, необходимость
идти "вровень" с просвещением европейским. Цикл его
критических этюдов о писателях обретает широкое
программное значение. Он внимательно следит за
литературной полемикой и стремится к жанровому обновлению
не только русской поэзии, но и прозы. Однако преобладает в
литературных занятиях Жуковского интерес к переводу,
преимущественно прозаическому. Ко времени активного
участия поэта в "Вестнике Европы" относятся и его
собственные прозаические опыты, во многом обусловленные
поисками новых для русской литературы форм народности:
сказка "Три пояса" (1808), "старинное предание" "Марьина
роща" (1809) и историческая повесть "Вадим Новогородский"
(1803). В 1808-1814 Жуковский написал 13 баллад, в том
числе вольные переводы: "Людмила" (1808), "Кассандра"
(1809), "Пустынник" (1813), "Адельстан" (1813), "Ивиковы
журавли" (1814), "Варвик", "Алина и Альсим", "Эльвина и
Эдвин" (все три - 1815) и оригинальные баллады "Ахилл",
"Эолова арфа" (обе - 1815). В центре этих "маленьких драм"
- столкновение человека с судьбой, проблема нравственного
выбора, история несчастной любви. Своеобразным символом
новой романтической поэтики стала баллада "Эолова арфа" -
прекрасная песня о бессмертии любви и искусства. Особое
место в балладном цикле занимает "Светлана" - самое
светлое, оптимистическое творение Жуковского. Своеобразный
эпилог к циклу баллад - "Двенадцать спящих дев", вольное
стихотворное переложение одноименного прозаического романа
немецкого писателя К. Г. Шписа. В 1811, передав издание
"Вестника Европы" Каченовскому, Жуковский возвратился в
Мишенское. Он постоянно посещает дом Протасовых в
Муратове, организует шутливое "чернско-муратовское
общество ученых людей", где вместе с другом,
композитором-дилетантом Плещеевым, и сестрами Протасовыми
разыгрывает пародийно-комические пьесы, издает
юмористические журналы "Муратовская вошь" и "Муратовский
сморчок" - прообразы арзамасской "галиматьи". Много
времени уделяет изданию "Собрания русских
стихотворений..." (М., 1810-11), в пяти частях которого
решил представить всю русскую поэзию от А. Д. Кантемира и
М. В. Ломоносова до современности. Жуковский под влиянием
Карамзина и А. Тургенева погружается в "океан летописей".
Творческим претворением этих занятий стало поэтическое
переложение "Слова о полку Игореве" (1817-1819). 10
августа 1812 Жуковский был принят в Московское ополчение
поручиком. В день Бородинской битвы он находился в
резерве; затем, будучи прикомандирован к штабу М. И.
Кутузова, составляет в военной типографии листовки,
бюллетени, ставшие важной страницей истории русской
публицистики 1812. Но его главным словом об Отечественной
войне стало стихотворение "Певец во стане русских воинов".
Своего рода продолжением идей и мотивов "героической
кантаты" станут послания "Вождю победителей"
(первоначальное название "К старцу Кутузову"; ноябрь
1812), "Императору Александру" (1814) и стихотворение
"Певец в Кремле" (1816). Оправившись от болезни (в горячке
лежал в госпитале в Вильне), Жуковский, награжденный чином
штабс-капитана и орденом Св. Анны, в январе 1813 приехал в
Муратово. Патриотические стихи приносят поэту широкую
популярность; после "Сельского кладбища" Жуковский стал
известен литературной элите, после "Людмилы" - всем
читателям, после "Певца во стане..." - всей России. На
Жуковского обращает внимание двор. Вместе с тем в жизни
поэта наступил один из самых драматических периодов: все
его попытки получить руку Маши были разрушены твердым
противостоянием ее верующей матери, ссылавшейся на
недопустимость брака в силу родства влюбленных. Любовная
драма стала тяжелым потрясением для Жуковского. Песни и
романсы 1813-1814, баллады - поэтическая летопись
драматической любви. Вынужденное замужество Маши, а затем
и ее ранняя смерть в 1823 определяют трагизм мироощущения
поэта. Последней встрече с Машей Жуковский посвятил
стихотворение "9 марта 1823 г.". Октябрь и ноябрь 1814
Жуковский провел в Долбино. Долбинская осень была
плодотворной. Шутливые домашние стихи, дружеские послания,
обращенные к К. Н. Батюшкову, В. Л. Пушкину, П. А.
Вяземскому, баллады, патриотические стихи составляют
оригинальную поэтическую систему. Ее единство - в открытии
многообразных сфер романтического бытия. Дружба, любовь,
страдание, муки и радость творчества, поиск смысла жизни,
религия неразделимы в его сознании. Итогом творчества
Жуковского 1808-1814 явилось издание "Стихотворений
Василия Жуковского", включающее около 80 произведений, в
том числе созданную осенью 1815 элегию "Славянка" (ч. 2) -
один из шедевров романтической лирики. Любовь к живописи,
которую он называл "родной сестрой" поэзии, поэт пронес
через всю жизнь. Его многочисленные рисунки, контакты с
художниками-романтиками, прежде всего с К.Д. Фридрихом,
статьи о живописи - органическая часть его романтической
эстетики. Формула Жуковского: "главный живописец - душа",
в равной степени характеризует и его живопись, и поэзию. В
сентябре 1815 Жуковский встретился с лицеистом Пушкиным.
26 марта 1820 поэт подарит Пушкину по случаю окончания им
поэмы "Руслан и Людмила" свой портрет с надписью:
"Победителю-ученику от побежденного учителя". Дружба
поэтов продолжится до гибели Пушкина. В сентябре 1815 в
Петербурге состоялась премьера комедии А. А. Шаховского
"Урок кокеткам, или Липецкие воды", где в образе
"чувствительного поэта" Фиалкина, в его речах-пародиях на
"модный род баллад" зрители увидели полемику с Жуковским.
Это явилось поводом к образованию литературного общества
"Арзамас", членами которого стали Жуковский и его
друзья-единомышленники (А. Тургенев, Батюшков, Вяземский,
В. Пушкин); позднее в него вступил молодой А. Пушкин.
Члены Общества (имевшие прозвища, взятые из баллад
Жуковского ) вели борьбу с антикарамзинской "Беседой
любителей русского слова", возглавляемой А. С. Шишковым.
Бессменный секретарь общества и его душа - Жуковский,
получивший прозвище Светлана. Его протоколы (частью
стихотворные, написанные гекзаметром) стали ярким
памятником литературной борьбы и воплощением арзамасской
"смеховой культуры". "Арзамас" дал импульс для
консолидации молодых литературных сил, для становления
русского романтизма как направления, хотя просуществовал
всего два года (до октября 1817). В январе - мае 1818
появляются 5 выпусков альманаха "Для немногих" ("Риг
Wenige"), целиком заполненных переводами Жуковского, среди
которых такие шедевры, как "Лесной царь", "Мина", "Рыбак"
из Гёте, "Горная дорога", "Рыцарь Тогенбург", "Голос с
того света", "Граф Гапсбургский" из Шиллера. Переводы
составляют большую часть творческого наследия Жуковского.
Открывая русскому читателю мир Гомера, Гёте, Шиллера, он
прежде всего переводил их идеи и образы на язык романтизма
и делал их органической частью русской литературы. Наряду
с лирикой поэт осваивал самые различные формы древнего
эпоса и европейские поэмы; в 1820-е гг. он переводит
гердеровские романсы о Сиде, "Орлеанскую деву" Шиллера, "Шильонского
узника" Байрона, "Пери и ангела" Т. Мура, балладу В.
Скотта "Замок Смальгольм", отрывки из "Энеиды" Вергилия и
"Метаморфоз" Овидия, воспроизводя на русском языке
ситуации романтического лиро-эпоса: тюремно-узническую,
патриотической жертвенности, безграничной любовной
преданности. Жуковский создал теорию романтического
перевода, а склад своего художественного мышления
определял так: "... у меня почти все или чужое, или по
поводу чужого - и все, однако, мое". В октябре 1818 поэт
принят в члены Российской Академии. В 1819-1824 годы
Жуковский создал целый ряд стихотворений, сыгравших роль
его поэтических манифестов: "Невыразимое", "На кончину Ея
величества, королевы Вюртембергской", "Цвет завета", "К
мимопролетевшему знакомому Гению", "Жизнь" (1819),
"Подробный отчет о луне" (1820), "Лалла Рук" (1821),
"Море" (1822), "Я Музу юную, бывало" (1822-1824),
"Таинственный посетитель", "Мотылек и цветы" (1824).
"Жизнь и Поэзия одно" (стихотворение "Я музу юную,
бывало...") - поэтическая формула, выросшая из всей
системы лирики этого периода. Открытое Жуковским состояние
вдохновения, встречи с "Гением чистой красоты" (образ,
впервые возникший в стихотворении "Лалла Рук") стало
плодотворным для последующей русской поэзии (прежде всего
для лирики А. Пушкина). Яркое выражение романтической
"философии искусства" Жуковского - стихотворение
"Невыразимое" (август 1819); поэзия призвана запечатлевать
красоту бытия и его тайны, но подвластно ль выраженью
"земным языком" "невыразимое" - "присутствие Создателя в
созданье" и "святые таинства", которые "лишь сердце
знает"? Используя и метафору, и аллегорию, и миф, и
эмблематику, Жуковский создает особый тип символического
мышления, что воплощено в общей системе его стихотворений
1819-1824, ставших своеобразной мифологией его романтизма.
Еще в 1815 Жуковский был приближен ко двору. В декабре
1816 ему назначен по высочайшему повелению (принимая во
"внимание его труды и дарования") пожизненный пенсион
(4000 р. в год). В 1817 он стал учителем русского языка
великой княгини, будущей императрицы Александры Фёдоровны.
С 1826 по 1841 - наставник наследника, будущего императора
Александра II. Почти 25 лет связи с двором не могли не
отложить отпечатка на мировоззрение Жуковского, но душа
его осталась чиста. Просветительская идея определяла всю
его деятельность. Программа "просвещенной монархии"
постоянно сталкивалась с официальным беззаконием и
административным произволом, о чем Жуковский неоднократно
писал Николаю I и шефу III отделения А. X. Бенкендорфу.
Его помощь ссыльным Е. А. Баратынскому и Ф. Н. Глинке,
декабристам, А. И. Герцену, участие в судьбах А. В.
Кольцова, М. Ю. Лермонтова, освобождение из крепостной
неволи Т. Г. Шевченко, родственников А. В. Никитенко -
свидетельство верности идеалам личной добродетели и
одновременно выражение его общественной позиции. В
1821-начале 1822 Жуковский в свите великой княгини
совершил первое заграничное путешествие. Он встретился с
немецкими романтиками, посетил в Швейцарии замок Шильон,
где томился герой поэмы Байрона "Шильонский узник", нанес
визит Гёте, осмотрел Дрезденскую галерею - все это
запечатлелось в многочисленных рисунках, дневниковых
записях. Перевод поэмы Байрона, размышления в письмах к
великой княгине о личности и творчестве Тика и Фридриха,
статья "Рафаэлева мадонна" - конкретные творческие следы
путешествия. Тогда же поэт закончил перевод драматические
поэмы Шиллера "Орлеанская дева", отрывки из которой, так
же как и статья "Рафаэлева мадонна", "Путешествие по
Саксонской Швейцарии", были напечатаны в альманахе
"Полярная звезда" на 1823 и на 1824. В начале 1823
Жуковский вместе с Воейковыми поселился в доме Меншикова
на Невском проспекте. Вечера в салоне А. А. Воейковой
("Светланы") собирают виднейших деятелей литературы.
Здесь, а позднее на "субботах" в Шепелевском доме, где
поэт жил в 1827-1840, обсуждаются новые произведения, идут
литературные споры, во многом определившие развитие
русской поэзии и общественной мысли. Историко-литературные
работы Жуковского "Обзор русской литературы за 1823 год"
(1824) и "Конспект по истории русской литературы"
(1826-1827) раскрывают деятельность первого русского
романтика как организатора литературных сил, пропагандиста
и историка русской литературы. К началу марта 1824 вышло в
3 томах третье собрание сочинений поэта - "Стихотворения".
Оно подвело итог его поэтической деятельности более чем за
20 лет. Глава русского романтизма вступал в новый период
своего творчества, пафос которого - освоение
"повествовательного рода поэзии", стихотворного эпоса.
Постоянный интерес к русской истории, подогреваемый
выходом "Истории государства Российского" Карамзина,
проявился в работе Жуковского над драмой из эпохи
"смутного времени", план которой сохранился в архиве поэта
и датирован 14 апреля 1824. В это время Жуковский
соприкасался и с общественными идеями декабризма. С. П.
Трубецкой и Тургенев предлагали ему ознакомиться с уставом
Союза благоденствия и рассчитывали на его участие в
декабристском журнале. Но Жуковский не принял это
предложение, хотя и разделял антикрепостническую программу
декабристов. Отношение поэта к восстанию декабристов было
сложным, о чем свидетельствует его письмо к А. Тургеневу
от 16 декабря 1825, где он осуждает мятежников. По мере
знакомства с событиями и лицами, в них участвовавшими,
Жуковский, не принимая восстания как формы протеста, ищет
ему оправдания в истории России. В мае 1826, тяжело
заболев, с мрачными мыслями о смерти, свидетельством чего
явилось завещание, поэт уехал за границу. В течение
полутора лет, в Германии и Франции, он штудирует труды
историков о французской революции; знакомится с основами
европейским законодательства; в салонах встречается с Ф.
Р. Шатобрианом, А. Ламартином и Гизо, посещает Гёте в
Веймаре. Возвратившись ко двору, Жуковский много внимания
уделяет педагогической деятельности. Но одновременно
активизируется его общественная деятельность, создавая
ему, по словам Николая I, репутацию "главы оппозиции".
Общественные деяния Жуковского: письмо Николаю I об
амнистии декабристов, письма по поводу запрещения журнала
И. В. Киреевского "Европеец", заступничество за
Вяземского, ходатайство о женах декабристов - опирались на
его представления о "просвещенной монархии", о свободе
человека и законности. Временем нового творческого подъема
поэта стал 1831. В декабре вышли сразу два издания "Баллад
и повестей". Первое включало все балладное творчество
1809-1831, второе, однотомное,- лишь новые произведения,
созданные в 1828-1831. В новых балладах все отчетливее
проявляется эпическая природа жанра - событийность,
повествовательность, интерес к философским проблемам. 12
новых баллад образуют тематическое единство. В центре всех
их - тема судьбы, поединок человека и обстоятельств.
"Торжество победителей" и "Отрывки из испанских романсов о
Сиде" - начало и конец балладного цикла - составляли
кольцо героики, внутри которого происходило развитие темы.
Поэтический эпос Жуковского открывал мир в страшном
напряжении духовных противоречий личности, колебаниях
между смирением, религиозным отречением и протестом, в
неравной борьбе с судьбой, и вместе с тем - мир страстной
мечты о гармонии. Лето - осень 1831 Жуковский провел в
Царском Селе, где также жил с молодой женой Пушкин. В
своеобразном соревновании с Пушкиным Жуковский написал
здесь "Сказку о царе Берендее...", "Сказку о спящей
царевне", "Войну мышей и лягушек". Во всех трех сказках
важен момент творческого пересоздания фольклорного
материала, ориентация на авторскую литературную сказку,
включающую фольклорные источники, иноязычные образцы. В
июне 1832 Жуковский отправился за границу. Завершив
лечение на водах Эмса, поселился с другом, немецким
художником Г. Ф. Рейтерном, в швейцарской деревне Вернё на
берегу Женевского озера, совершая многочисленные прогулки,
особенно в горы. Жуковский ведет дневник, делает зарисовки
с натуры и много переводит: "Суд в подземелье" (отрывок из
поэмы В. Скотта "Мармион"), баллады "Роланд оруженосец",
"Плавание Карла Великого", "Рыцарь Роллан", "Старый
рыцарь" - все из Уланда, из него же - драматическая
повесть "Нормандский обычай", написанная белым 5-стопным
ямбом. В апреле- мае 1833 друзья побывали в Италии. В Риме
Жуковский часто встречается с К. П. Брюлловым, А. А.
Ивановым, беседует об искусстве со Стендалем, посетившим
его вместе с Зинаидой Волконской, осматривает мастерские
главы группы "назарейцев" И. Ф. Овербека, немецкого
исторического живописца П. Корнелиуса, датского скульптора
Б. Торвальдсена, О. А. Кипренского. В сентябре 1833 поэт
возвратился в Россию. Участвовал в создании либретто оперы
М. И. Глинки "Иван Сусанин" (определив исторический сюжет
и написав слова для эпилога), а также государственного
гимна "Боже, царя храни" (1-я строфа-перевод начала
английского гимна, 2-я и 3-я - А. Пушкина, остальные -
Жуковского; муз. А. Ф. Львова). В 1834 предотвратил
отставку Пушкина, уладив его конфликт с царем и
Бенкендорфом. В первом номере пушкинского "Современника"
(1836), активным сотрудником которого стал Жуковский,
является его баллада "Ночной смотр" (перевод одноименного
стихотворения И. К. Цедлица), сразу же ставшая благодаря
музыке Глинки популярным романсом. В том же году Жуковский
завершает начатую еще в 1831 "Ундину". Открывающее
"Ундину" посвящение в стихах ("Бывали дни восторженных
видений") обращено к великой княгине Марии Николаевне
(дочери Николая I). В ноябре 1836 Жуковский предотвратил
дуэль Пушкина с Дантесом. Он пытается помочь Пушкину; но
27 января 1837 одним из первых узнает о дуэли и тяжелом
ранении Пушкина. Жуковский делает конспективные заметки,
важные для понимания последних дней жизни поэта. Его
письмо С. Л. Пушкину под названием "Последние минуты
Пушкина" и письмо к Бенкендорфу о гибели поэта стали
важнейшими общественными документами. Они воссоздают
жизненную драму Пушкина и прямо называют Бенкендорфа и
двор гонителями поэта. После смерти Пушкина Жуковский
много помогал его семье и содействовал изданию его
сочинений. В марте 1839 поэт создал вольный перевод
"драматической поэмы" немецкого поэта Ф. Гальма "Камоэнс".
Трагическая земная участь португальского поэта, автора "Лузиад",
оправдана его высоким призванием: "Страданием душа поэта
зреет, страдание - святая благодать". Суть романтизма
Жуковского - обоготворение поэзии и утверждение ее святого
назначения. Поездка в Англию (1839), посещение сельского
кладбища близ Виндзора, где написал свою элегию Т. Грей,
вызвала новый интерес Жуковского к ней. Его перевод
"Сельского кладбища" 1839 отличается от перевода 1802 не
только стихосложением и текстуально: это новое
мироощущение. На смену "певцу уединенному" приходит
открытый миру герой. Ситуация "заземлена" и "одомашнена".
В августе 1840, во время очередного путешествия по
Германии, состоялась помолвка поэта с Елизаветой Рейтерн
(1821-1856), дочерью его друга художника, которой он
посвятил стихотворение "О, молю тебя, Создатель" (вольный
перевод из Н. Ленау). В 1841 Жуковский подал прошение об
отставке и уехал в Германию, где 21 мая состоялась его
свадьба. 1840-е гг.- новый период в творческой биографии
поэта. Несмотря на все попытки Жуковского возвратиться в
Россию, обстоятельства его жизни складываются так, что это
намерение не осуществилось. Болезнь жены, рождение дочери
Александры (1842-1899) и сына Павла (1845-1912),
собственная болезнь задержали его в Германии до конца
жизни. Однако связи с родиной никогда не прерывались
благодаря встречам с земляками, друзьями. Свои
произведения поэт печатает в русских журналах,
преимущественное в "Современнике" Плетнева и
"Москвитянине". Его творческая деятельность
активизировалась в разных направлениях. Он обучает по
специальной методе собственных детей, создает для них
азбуку, посвящает им детские стихи "Птичка", "Котик и
козлик", "Жаворонок", "Мальчик-с-пальчик". Внимательно
следя за событиями европейской жизни, откликается на них
публицистическими статьями. Выражением общественной
философской позиции Жуковского стала книга "Мыслей и
замечаний", законченная в 1850 и отвергнутая русской
цензурой. В центре эстетических интересов Жуковского
остается проблема "высокой" силы искусства, власти слова и
ответственности художника (статьи "О меланхолии в жизни и
поэзии", 1846, "О поэте и современном его значении. Письмо
к Н. В. Гоголю", 1848, "Две сцены из "Фауста"" 1849). В
1843 перевел стихотворные повести "Маттео Фальконе" (из А.
Шамиссо по мотивам повести П. Мериме) и "Капитан Бопп"
(источник не установлен). В 1844 для "Москвитянина"
создает повести-переводы из Шамиссо и Ф. Рюккерта. В 1845
написал "Сказку об Иване царевиче и Сером Волке" и сказку
"Тюльпанное дерево". Параллельно Жуковский развивал теорию
"повествовательной поэзии", говорил о сближении поэзии и
прозы. Он ищет свою форму национального эпоса. Об этом
свидетельствует замысел книги "Повестей для юношества".
Важнейшим этапом на пути реализации концепции эпоса стали
переложения образцов восточного эпоса: "Наль и Дамаянти"
(1837-1841) - отрывок из древнеиндийского эпоса
"Махабхарата", и "Рустем и Зораб" (1846-1847) - эпизод из
эпической поэмы Фирдоуси "Шахнаме" в переводах немецкого
поэта Ф. Рюккерта получили у Жуковского оригинальное
воплощение. Главным трудом этих лет стал перевод "Одиссеи"
Гомера (1842-1849). Жуковский создал романтическую
"Одиссею": Идея противостояния человека судьбе, его
бесконечного стремления вперед, к "милой родине", родному
дому, любимой и верной жене, сыну получила особую силу
эмоционального звучания. В известном смысле перевод
Жуковского можно назвать "Одиссеей нового времени",
"русской Одиссеей". В 1845-1850 Жуковский "перевел со
славянского текста весь "Новый завет"" 12 апреля 1852
Жуковский скончался (был похоронен в Баден-Бадене, но в
августе его прах перевезли в Петербург и предали земле
рядом с могилой Карамзина). |
| |
|
скачать |
|
| | | |
|
